Что такое хорошо и что такое Бортко

Творчество Николая Васильевича Гоголя в современном кинематографе буквально представлено всеми жанрами – от комедий до триллеров и детективов. Многообразие кинолент, снятых по мотивам произведений классика, позволяет заинтересовать широкую аудиторию. Его реалистические произведения, и книги с магической составляющей завораживают читателей и, перерабатываясь, переходят на широкий экран — обретают большее количество зрителей.

«Вий», 1967 год

Кадр из фильма «Вий»

Режиссеры: Константин Ершов, Георгий Кропачев

Авторы сценария: Александр Птушко, Константин Ершов, Георгий Кропачев

В ролях: Леонид Куравлёв, Наталья Варлей, Алексей Глазырин, Николай Кутузов, Вадим Захарченко, Петр Вескляров, Владимир Сальников, и другие.

«Вий» – один из первых советских фильмов ужасов, и считался одной из самых страшных картин в Европе на протяжении шестидесятых годов. Учитывая тот факт, что изначально авторы планировали сделать романтическую сказку. 

Картина передает особенности жанрового советского кино: сохраняет многоплановость и глубину оригинального текста его смыслы, «гоголевский дух» – в целом, гармоничное сочетание сказочного и реального. Тем не менее, мистические события являются неотъемлемой частью съемок фильмов по произведениям Гоголя. После премьеры фильма начали происходить необъяснимые события – например, непредвиденные смерти оператора, режиссера-постановщика и пары актеров, включая исполнителя роли Вия, Николая Степанова. От череды несчастных событий пострадала и Наталья Варлей, исполнительница роли Панночки.

На на съемочной площадке к потолку павильона крепился большой гроб, в котором, стоя в полный рост, актриса кружила перед камерой. Во время съемок очередного дубля сцены несмотря на то, что актриса была прикреплена к гробу страховкой, на большой скорости она потеряла равновесие и выпала из гроба – ее чудом успел подхватить Леонид Куравлев. Через некоторое время после завершения съемок фильма актриса тяжело заболела, а несколько лет ее преследовал творческий «застой»: отсутствие предложений сыграть в кино. По словам Натальи Варлей, спокойствие в ее жизни наступило только тогда, когда она принесла покаяние в церкви. 

«Инкогнито из Петербурга», 1978 год

Кадр из фильма «Инкогнито из Петербурга»

Режиссер: Леонид Гайдай

Авторы сценария: Владлен Бахнов, Леонид Гайдай

В ролях: Анатолий Папанов, Сергей Мигицко, Нонна Мордюкова, Ольга Анохина, Валерий Носик, Анатолий Кузнецов, Вячеслав Невинный и другие.

Перед режиссером культовых советских комедий, Леонидом Гайдаем («Бриллиантовая рука», «Кавказская пленница»), предстала задача – повторная экранизация «Ревизора». Осложнялась она неизбежным сравнением с предыдущей киноадаптацией, но, несмотря на это, споры вызывали стилистические особенности самого фильма, который не вписывался в общую стилистику картин автора. 

Гайдай уже имел опыт работы с книжными адаптациями (например, «12 стульев» по одноименному роману Ильфа и Петрова), но именно в «Инкогнито..» работа Гайдая отличилась уходом от «театральности». Вперед вышло комическое начало пьесы и, трансформировавшись, стало более реалистичным, но, тем не менее, фантасмагоричным – это пересказ-иллюстрация с элементами нового прочтения (выражается высокой режиссерской вовлеченностью) оригинального текста, если говорить по классификации Л. Н. Нехорошева1.

.

«Каникулы Петрова и Васечкина, обыкновенные и невероятные», 1984 год

Кадр из фильма «Каникулы Петрова и Васечкина, обыкновенные и невероятные»

Режиссер: Владимир Алеников

Автор сценария: Владимир Алеников

В ролях: Егор Дружинин, Дмитрий Барков, Инна Аленикова, Инга Ильм, Александр Варакин, Лена Делибаш, Саша Камона, Борис Яновский, Гоги Замбахидзе, Михаил Салов и другие.

Хорошо известный гоголевский сюжет неожиданно интересно обыгрывается в приключенческом фильме Владимира Аленикова «Каникулы Петрова и Васечкина, обыкновенные и невероятные»: ребята собираются ставить пьесу Николая Гоголя «Ревизор» и слушают читку в исполнении своей учительницы. При новом прочтении2 в условиях советской школьной жизни образ ревизора перевоплощается в хулигана, городничий становится председателем совета дружины, а гоголевские чиновники – пионерами. 

По словам Владимира Аленикова, в его планы не входило снимать продолжение «Приключений Петрова и Васечкина», тем более, после того, как фильм был запрещен к показу:

«»Каникулы…» никто не собирался снимать. Я считал, что с «Приключениями…» мы все закончили, навсегда. И когда мы их сдавали, вдруг наш заказчик, директор фирмы «Экран», говорит: «Да, кстати, мы пока этот фильм положим. Мы его пока выпускать не будем, вы снимите нам продолжение» – «Чего? Какое продолжение? О продолжении и речи быть не может» – «Если не может быть речи о продолжении, тогда не может быть речи о вашей дальнейшей работе вообще». Жесткие были времена… Я говорю: «Как? Тогда что-то, может быть, совсем другое?» – «Другое. Но вот снимите нам» – «А можно мюзикл? Совсем другой жанр?» — «Пожалуйста. Думайте». И мы полетели с оператором обратно в Одессу, и пока мы летели на самолете, за эти два часа был придуман и «Ревизор», и «Хулиган», и «Дон Кихот» — принципиальная композиция, концепция».

Фильм 1984 года можно в полной мере назвать ремейком, новым прочтением и переложением – от «Ревизора», в целом, остался сюжет (а вместе с ним и сюжетные ходы), юмор оригинального произведения, любимый читателями пьесы, тоже остался прежним. 

«Птица-Гоголь», 2009 год

Режиссер: Сергей Нурмамед, Иван Скворцов

Сценарий: Леонид Парфенов

«Птица-Гоголь» – проект-заказ Первого канала, приуроченный к 200-летию Николая Васильевича Гоголя.

Документальный фильм представляет автора «Мертвых душ», «Ревизора» и «Тараса Бульбы» не основателем реализма в русской литературе, а актуальным авангардистом, создавшим сложные, фантасмагоричные и новаторские произведения. Картина отлично показывает, что актуальность творчество Гоголя не потеряло, напротив – авторская фанстасмагория нашла в дальнейшем свое отражение в творчестве многих русских писателей. Леониду Парфенову, в своей отличительном авторском стиле, удалось и познавательный, и развлекательный проект.  

«Дело о «Мертвых душах»», 1999 год

Сценарий: Юрий Арабов

Режиссёр: Павел Лунгин

В ролях: Павел Деревянко, Константин Хабенский, Сергей Гармаш, Нина Усатова и другие.

«Дело о „Мёртвых душах“» – авантюрно-приключенческий мини-сериал, снятый по мотивам нескольких произведений Гоголя: «Мёртвые души», «Ревизор», «Записки сумасшедшего» и другие.

Детективный сюжет начинается с того, что молодой чиновник по имени Шиллер отправляется в город N., чтобы провести расследование дела о мертвых душах. Обычное дело оборачивается для следователя серьезным испытанием. Действие сопровождается странными мистическими событиями, которые, по итогу, приводят к внутренней трансформации главного героя.

В Шиллере зритель может узнать и персонажей «Петербургских повестей», и «Вечеров на хуторе близ Диканьки», и Ревизора, и Чичикова.

Автор текста и иллюстрации: Дарья Клюшкина

НЕ СТАВЬТЕ ГОГОЛЮ КАПКАНЫ

«Тараса Бульбу» Владимира Бортко, что скрывать, критика невзлюбила. Да так дружно, что, честное слово, захотелось даже взять и написать о картине хорошо. Почему нет? Гоголевская повесть мне всегда нравилась, Ступка – без вопросов, а Бортко, кроме всеми признанного «Собачьего сердца», снял, например, такой шедевр, как «Единожды солгав»… Ну, так и поскакали. Пошёл – посмотрел… А поворотись-ка, сын… Есть ли еще порох в пороховницах?.. Эх, старость, старость!.. Всё почти по тексту. Но тут-то и пропала моя идея, как подлая собака. Потому что всё это ка зна що. Необходимость омонументалить 200 лет классика и добыть из нашей оскудевшей почвы  национальную идею сделали из В. В. Бортко скучного парня. Прямо по Кубрику.

Начнём с цитаты из ВВБ: «Мне нравится Гоголь, мне нравится это произведение, мне кажется, сейчас самое время его снимать, ибо вопросы, затронутые в этой повести актуальны и сегодня. Родина, предательство, как вести себя в такой ситуации выбора, что есть хорошо и что плохо по отношению к нашей многострадальной Родине». Правильный такой текст. Только вот другой текст – гоголевский – правильным быть не хочет. Полистайте, почитайте. Вот козаки, и вот пышный букет неполиткорректных прелестей при них: шовинизм, антисемитизм, сексизм, религиозная нетерпимость, бандитизм, садизм. И хотя младенцев на пиках режиссёр в картину не взял, но остальные мерзости жизни своим «героям нашего времени» оставил. И что с этим делать будем? Тут мало сказать, мол, это было давно, они родные хаты от пожара спасали, а остальное им до огнетушителя. У нас, как я понимаю, своевременный воспитательно-патриотический фильм, а не «Ночной портье».

С книгой за два века разобрались – там героический эпос, «дела давно минувших дней» (век у Гоголя: и «тяжёлый», и «полудикий», и «грубый», и «свирепый»). Как пишут П. Вайль и А. Генис в своей «Родной речи»: «Герои эпоса Гоголя – язычники, каковыми только и могут быть герои эпоса. Язычниками они остаются и в своей вере, которая на самом деле не христианство, не православие – а патриотизм. И ведь любовь к Родине вовсе не предполагает любви к человеку – потому так достоверны Тарасовы козаки, словно случайно названные христианами». И далее: «В этом гоголевском мире, как в мире гомеровском, существует лишь доблесть. Если она есть – всё остальное не важно, если нет – нет и героя».

Гоголевский «Тарас Бульба» — перенасыщенный раствор. Не реализм — поэзия. Это не какой-то конкретный «политико-географический» патриотизм, а, если так можно выразиться, патриотизм в первозданном виде, эмоция, вынесенная за скобки исторического процесса. Неслучайно, Гоголь, разочаровавшись в исторических источниках, вольно обошёлся с научными фактами, а уж «дух минувшего века» выпытывал у народных песен. Его козаки – мифические герои, «богатыри — не вы!», одним словом, трансцендентные товарищи. Тарас во время битвы, в то время как несколько тысяч человек стреляют и лязгают железом, — запросто «перекликается с куренями»! К таким людям «вне времени» неприменимы обыкновенные моральные законы, они пришли из пространства чистых идей, и оправданы автором – эстетически.

Известный литературовед Ю. В. Манн писал по поводу «Тараса Бульбы»: «Хотя Гоголь противопоставлял современности прошлое, он далёк от того, чтобы видеть в нём искомую норму, к которой надлежит стремиться и ставить во главу всех оценок. От этого его удерживали чутьё художника, да и, пожалуй, проницательность историка. Вчерашний день существует не на правах идеала или прозрачной аллегории современных тенденций, а на правах самоценного и суверенного художественного мира. Многим в нём мы можем восхищаться, многое порицать или не любить – но он существует, или, вернее, существовал как реальный факт. Историзм ведь состоит и в том, чтобы видеть необратимость времени и отбрасывать иллюзии».

Беда в том, что в нашем отечестве сейчас как раз потребность в иллюзиях. «Самоценный и суверенный художественный мир» – это артхаус какой-то. А актуальный патриотизм, который у нас по заказу только на войне и отыскивается, требует мейнстрима. С запротоколированным величием. С простым и понятным «и красные белым за всё отомстят». В результате имеем, как сказали бы раньше, «историко-революционный» & «военно-патриотический» фильм».

Нет, Бортко здесь режиссёр мастеровитый, опять же кастинг у него хороший, и деньги потрачены тоже хорошие, но всё это бесполезно – изначальная установка неверная. Патриотизм замучил. Хорошую литературу вообще сложно экранизировать, там всё слова, слова, слова, и сюжет им только служит. Кино же говорит «картинками», и на экране важно действие. Там, где Гоголь намекает – «Не будем смущать читателя картиною адских мук…», кино мимо такой визуальной «радости» не пройдёт — обязательно смутит… А тут ещё картину надо было переводить в другое – эпическое, мифологическое — измерение.

И что режиссёр? Ищет. В результате мы узнаём, что тарасову жену убили ляхи (месть, месть, ярость благородная!), что прекрасная полячка родила, но скончалась, а отец её (месть, месть, Монтекки и Капулетти!) спалил Тараса. Был и ещё целый ряд вполне постмодернистских акций: ожившая картина про письмо турецкому султану; «д’Артаньян», «Робин Гуд» и «Сармат»3 — среди козаков; номера от местных ковбоев со стрельбой по яблокам… Ну и гоголевский текст приспособили за кадром, а поскольку главный нацголос уже оплодотворил собой «Тихий Дон»4, работать пришлось, как водится, Пушкину5 (он же Есенин, он же и. о. Христа). Заодно, чего добру пропадать, перевёл нам всё с польского на русский.

«Находок» набралось – кот наплакал. Зато явно проседает экшн и саспенс — не хватает изобразительной мощи, изобретательности, в конце концов, какого-нибудь визуального пижонства в духе Чжана Имоу, Леоне или даже Джона Ву. Ну, как-то надо было пытаться снимать кадры «не от мира сего», завораживать эпосом, пускать мороз по коже, делать то, что Гоголь делает словом. Одних актёров для этого оказалось мало, да и тех по большей части «смыло» ракурсами и мизансценами из старых фильмов про гражданскую войну, никак не мотивированными предсмертными монологами средь шумного боя, и, конечно, музыкой (вот тут уж действительно — «Не будем смущать читателя картиною адских мук…»). В результате весь фильм не забываешь, что это хороший актёр Ступка залезает на коня, поднимает вверх саблю made in London, и налегает на программные эпитеты. Как написал кинокритик Юрий Гладильщиков по данному поводу: «Вместо эпоса – пафос».

Немного по другому поводу, но почти про тоже самое, высказался Гоголь в письме С. Т. Аксакову: «Странное дело: когда я разворачиваю историю нашу, мне в ней видится такая живая драма на каждой странице, так просторно открывается весь кругозор тогдашних действий и видятся все люди, и на первом и на втором плане, и действующие и молчащие. Когда же я читаю извлеченную из неё нашу так называемую историческую драму, кругозор передо мною тесен, я вижу только те лица, которые выбрал сочинитель для доказанья любимой своей мысли. Полнота жизни от меня уходит; запаха свежести, первой весенней свежести, я не слышу».

Право слово, Гоголь слишком «тёмен для нас» (по выражению В. В. Розанова), слишком неоднозначен, загадочен, и поэтому совсем не подходит для воззваний к массам и опытов по реанимированию соцреализма. Оставьте его в покое…

Рецензия написана в апреле 2009 года, после выхода фильма В. Бортко «Тарас Бульба» в российский прокат.

Автор текст: Павел Викторович Тимошинов

Примечания

  1. Нехорошев, Л. Н. Драматургия фильма [Текст] / Л. Н. Нехорошев. — М.: ВГИК, 2009. — 344 c. – ISBN 5-87149-113-8
  2. Там же.
  3. «д’Артаньян», «Робин Гуд» и «Сармат» — актёры М. Боярский, Б. Хмельницкий, А. Дедюшко – по именам своих персонажей из других фильмов.
  4. Закадровый текст в сериале «Тихий Дон» Сергея Бондарчука принадлежит Н. С. Михалкову.
  5. Текст от автора читает Сергей Безруков.

Оставьте комментарий